Истории Великой Отечественной Войны
Данный проект существует и развивается с вашей помощью и поддержкой:
visa: 4817 7603 4487 9584
Модерация проходит один раз в день. Каждая история будет опубликована.
498 ответов для «Главная страница»
-
Мой дедушка — Осадчих Василий Прокофьевич.
Каждый год миллионы людей нашей огромной и великой страны 9 мая отмечают священный праздник — День победы!!! Мой дед — Осадчих Василии Прокофьевич вернулся с войны и прожил долгую и счастливую жизнь… Так бы мне хотелось начать свой рассказ… Но нет, судьба, со страшным именем война, распорядилась иначе… Долгие 70 лет, несколько поколений нашей семьи пытались узнать хоть что-то о том, где воевал, как погиб и, главное, где похоронен наш герой…
До войны Василий Прокофьевич работал на Горловском Азотно-Туковом заводе, цех № 8. Что производил этот цех – не известно, он был «закрытым». Лето 1941 года, начало войны. Многие еще верят, что все скоро закончится, но тысячи заводов готовятся к эвакуации. Вводится такое понятие, как «бронь». И совсем не важно, что ты хочешь на фронт – нельзя, ты нужнее здесь, на родном предприятии. Ведь надо было не только в короткие сроки демонтировать, и погрузить оборудование, но и максимально быстро развернуть производство на новом месте. Вот и Василий Прокофьевич, вместе с сослуживцами готовил эвакуацию родного АЗТ на Урал. Как член ВКП(б) он обязан быть в первых рядах. Семью взять не смог… Семья эвакуировалась отдельно. Жена и маленькая дочка успели в последний момент. Уехали, как тогда казалось, в тыл, в Курскую область, где жили родные. Там и провели долгие месяцы оккупаций. И именно туда в 1943 году пришло первое письмо с фронта.
Василий Прокофьевич ушел на фронт 10 августа 1942 года. Был призван Березниковским райвоенкоматом, Молотовской области. Последнее место службы – 11 гвардейский воздушно-десантный полк, 5 гвардейская воздушно-десантная дивизия в составе 4-ой гвардейской Армии.
Дивизия была образована 8 декабря 1942 года и имела отборный личный состав. Из боевых донесений дивизии удалось установить, что в конце июля 1943 года дивизия вышла к Прохоровке, затем была переброшена под Ахтырку и к середине августа вела там бои. Под ударами врага дивизии пришлось оставить Ахтырку, полки отошли на юго-восток, где прочно заняли рубеж обороны на участке Ахтырка — Богодухов. С этого рубежа дивизия вскоре приняла участие в контрударе в районе Котельвы. Именно 11-й полк, форсировал речку Котельва. 25 августа 1943 года на рассвете, после короткого артналёта, дивизия перешла в наступление. Наступление развивалось успешно. Дивизия стремительно продвигались на юго-запад вступая в битву за Левобережную Украину. Туда, к Днепру, и наступали части дивизии. Им предстояло прежде всего овладеть Котельвой. Фашисты тщательно укрепили населённый пункт. Бои за неё начались 26 августа 1943 года и продолжались 14 суток. Дивизия не смогла преодолеть сразу сопротивления частей танковой дивизии «Мёртвая голова» и дивизии СС «Великая Германия», огнём которых она была остановлена у окраины Котельвы. Противник непрерывно подтягивал подкрепления, и вскоре борьба приняла позиционный характер. Если в первые дни успех дивизии определялся захватом улицы или квартала, то потом схватки, упорные, ожесточенные, шли уже за каждый дом и двор. Именно в этих боях 31 августа был тяжело ранен и отправлен в госпиталь Осадчих Василий Прокофьевич.
Вот с этого момента и началась путаница, которая долгие 70 лет не давала установить его место захоронения. После ранения, Василий Прокофьевич был отправлен в 124 полевой подвижный госпиталь, который располагался в Сумской области, в деревне Великая Писаревка. Тут появилась первая ошибка в записях. Писарь записал фамилию с ошибкой – Осадчик, вторая ошибка была допущена там же, дата смерти. В госпитальной книге записывали всех по порядку, но у нескольких человек вместо 1943 года, написали 1942. Доказательством, что это наш предок послужила одна графа — ближайшие родственники. Там была вписана его жена – Осадчих Наталья Кирилловна.
Осадчих Василий Прокофьевич умер от ран 3 сентября 1943 года. Оставалось найти место захоронения. В годы Великой Отечественной войны, большую часть умерших в госпиталях хоронили в братских могилах. Мы сверили списки умерших в госпитале примерно в это время с паспортами захоронений и выяснили, что все умершие были похоронены в одной братской могиле, значит там и был похоронен наш герой. Только вот в фамилии опять была допущена ошибка. Он там числился, как Осадчев. Благодаря поисковикам с Сумской области, которые лично съездили в поселок и уточнили данные – была установлена истина.
Много лет, несколько поколений нашей семьи пыталось узнать хоть что-то о нашем Герое… Благодаря архивам, которые появились в свободном доступе в интернете и помощи абсолютно незнакомых нам людей, теперь уже из чужой страны, нам это удалось. Похоронен он в 70 километрах от места, где во время войны находилась его семья. Всего 70 километров, но что бы преодолеть их, нам потребовалось более 70 лет… -
Семья, где 5 детей Переселенцы с Украины на восток в Гродеково в 20х годах 20века. Мой прадед ,Бобко Григорий Андреевич- репресирован там в 1937г. В 1994г — посмертно реабилитирован. Никогда в доме не ругали власть и не хулили Бога,. Два его сына воевали. И было 3 дочери — сёстры, чьи мужья закончили войну от рядового до полковника.
Я ,расскажу ,что вспоминали у нас дома о Великой Отечественной. У моей бабушки ,( старшей из сестер ) Марии, в 1941г 25июня- родился третий ребёнок. К этому времени она со своей семьёй переехала в Омск. Военное время ,трудно с едой — у малыша пошли проблемы со здоровьем — не мог ходить и пр. Средняя сестра Клавочка ( так ее называли у нас) высылает посылку из Гродеково с рыбой, которая шла очень долго ( но пришла!!) с рыбой зимой 1942г. Пока шла посылка — рыба пропала В другой жизни её есть не стали бы . А тогда съели всё. Варили долго и ели, и спасли жизнь малышу . Так спасла Клавочка и жизнь младшей из 3 сестёр — Вере и её деткам .Рыбой поделились. А старшая сестра помогла младшей . В 1942г у нее родился сын — первенец. Не было молока у Веры и старшая кормили грудью своего малышку и сына Веры
Дома говорили :»Всегда есть время ЛЮБИТЬ.» Так и прожили они помогая ЛЮБЯ . Один из братьев ,Женя-погиб. Петр, второй и старший — пришел с ПОБЕДОЙ . -
Спасибо, за такие человечные стихи! Читала и плакала! Всей душой прочувствовала, что было именно так.
-
Федор, круто все!
-
Проект считаю необходимым и интересным.
Удачи автору и всем,кто примет участие в этом благом деле. Быть добру! -
Мой сват, тесть моего брата, прошёл рядовым истребителем танков. У них было подразделение кинологов, тренировали собак подрывать танки. Жестоко, но это война. Дошёл до Праги. После войны их часть шла пешком через Польшу обратно домой. Остановились на постой в деревне. Друг Панкратова Василия, так звали свата, по дороге увидел яблоки на деревьях и после отбоя взял ведро и сказал, что скоро придёт. Не вернулся. Стали искать. Нашли за селом убитым со вспоротым животом и замкнутыми туда яблоками.
Сват хотел спалить деревню, но офицер не дал.
С тех пор сват говорил, когда выпивал, что самая поганая нация это поляки. -
Прекрасное дело.
Ветераны уходят, уходят и их дети, кто помнит их рассказы о Великой Отечественной войне и о жизни до и после революции.
Нужно, чтобы наши потомки помнили и знали историю не по бредням некоторых писателей, а от нас, граждан страны. -
Этот короткий эпизод Первой Мировой Войны, рассказал мне мой ныне покойный отец, а ему в свою очередь, тогда ещё мальчишке — его дед, мой прадед Яков Фёдорович.
На западный фронт Яков Фёдорович прибыл из нынешней Амурской области…
В один из дней войны, солдаты русской армии, заняли стрелковые ячейки (это такие окопы для одного бойца, выдвинутые ходом сообщения из основной траншеи на некоторое расстояние вперёд к неприятеляю). В таких соседних ячейках, Яков оказался со своим товарищем в ожидании атаки врага, но перед атакой немец всегда проводил артиллерийскую подготовку.
Товарищ моего прадеда (имя его до меня не дошло), стал просить Якова поменятся ячейками:
— Яков, давай поменяемся, чувствую, что меня здесь сегодня убьёт…
— Да сиди ты где сидишь — говорил ему мой прадед.
Но тот не отступал:
— Давай поменяемся и всё тут!
Поменялись таки…
Началась артподготовка…, и один из первых снарядов немцев, прилетел аккурат в стрелковую ячейку, где несколько минут назад сидел Яков…
От товарища-сослуживца Якова не осталось ничего — как буд-то испарило взрывом русского воина — богатыря…, которого не дождались с той войны его близкие.
Вечная ему память!
Мне жутко представить, что останься прадед в той ячейке — мои предки не дождались бы Якова…
А Якова дома ждала жена, растившая трёх сыновей и дочь. Один из сыновей — мой дед Пётр.
Став взрослым, Пётр служил сотрудником в органах гос. безопасности СССР, в г. Завитинск Амурской области.
На фронтах с фашистами не воевал.
Однако, в составе сводных групп из сотрудников подразделений различных структур, Пётр регулярно ходил «За речку» на сторону Китая, откуда приносили разведданные о японской армии и приводили захваченных пленных — японских «болтунов».
Другие два брата прошли Великую Отечественную Войну с фашистами и вернулись Победителями.
Все братья имели Правительственные награды.
Слава всем нашим Великим Предкам, которые своими подвигами на фронтах и в тылу, передали нам свой дух и Великую Страну!!
А наша первейшая задача — вернуть Родине её Величие и передать Великую Россию дальше, в надёжные руки, воспитанных правильно нами, наших детей и внуков. -
Здравствуйте. Я родилась шестым ребенком у мамы уже после войны. До войны мама с семьей жили в Белоруссии в Россонском или Полоцком районе. Ее муж и отец 4 детей работал директором совхоза и там пали лошади. Его привлекли к уголовной ответственности и арестовали. Мама была на то время беременной 5 ребенком. Она добилась его реабилитации и поехала в тюрьму со справкой о его освобождении. Но ее муж в это время поехал за бревнами на станцию и, когда ехал обратно на прицепе на бревнах, перевернулся и погиб под бревнами. После смерти мужа она отдала в детдом 2 детей. На время начала войны с ней было 3 детей. В войну ее угнали в Германию, была в концлагере (номер на запястье был), потом работала на немцев. А девочек тоже хотели угнать в Германию, их уже в вагон загнали. Но их освободил немец (со слов старшей сестры, которая там находилась) и они убежали в лес к партизанам. Младших девочек отправили на большую землю, а старшая осталась у партизан, так как она тяжело заболела. У нее была лихорадка, но лечить было нечем, и ее вынесли на мороз. Там она очнулась и приползла в землянку. После войны мама нашла всех 3 девочек, а сестру и брата, которые были в детдоме и эвакуированы в Пермскую область, только в 1947 году вернули в Полоцк. Но мама 11-летнего брата отправила на вольные хлеба, т.е. не забрала его из детдома, сказав, что ты мальчик и сможешь сам в этой жизни устроиться, а ей надо 4 девочек поставить на ноги. А в 1950 году родилась я. В 1953 году мама умерла. Ей было 47 лет.
-
Этот случай меня попросил рассказать муж.
Этот эпизод из его семейной истории. До войны его ( маленький тогда) отец (мой свёкр) жил с родителями на Украине, в Виннице. Его отец был шахтером и поехал работать на Донбасс, семья поехала с ним.
Началась война, отец ушел на фронт. Жена с ребенком осталась без кормильца и решила ехать обратно в Винницу, там родня, друзья, отчий дом. На поезде добрались до нужной станции. Вышло на перрон человек 20 таких же переселенцев с детьми пожитками и узлами. Вдруг подходит к ним румынский патруль. Начинается проверка документов и прочее
. Румыны начинают грабить людей, вытаскивают из чемоданов и узлов вещи, что поценней. Все очень испугались, что останутся без последнего, началась склока. Вдруг одна женщина увидела немецкого офицера, она владела немецким языком, подошла к нему и обьяснила ситуацию, попросила помочь людям.
Офицер крикнул своих солдат и арестовал всех румынов. Их увели. Вещи раздали людям. Вот это он рассказывал про свой путь домой.
Его отец погиб в 44-м в Яссы-Кишиневской операции. А они с мамой всю войну прожили на оккупированной территории. Говорил,что не помнит ничего, т.к был маленький.
Помнит немцев и злых, и добрых. Помнит одного немца который все подзывал малышей, брал на колени, гладил по головке и давал конфеты.
Наверно, этот человек очень скучал по своим детям и семье.
Я этим рассказом не хочу сказать, что немцы были хорошие. Просто на войне, в армии есть разные люди, есть идейные, а есть и подневольные.
Умрут все. Сейчас много говорят, что, мол, русские войска творили на территории Германии, мол насиловали и грабили.Это говорят те, кто НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ себе, что такое Армия.
Армия, что русская, что немецкая — это в первую очередь дисциплина. ССкаратели-это другое.
Попробовал бы русский солдат изнасиловать немку, сразу пошел бы под трибунал, а то и расстрелять могли.
Время очень серьезное было. А эти судят не зная, сидя в тепле со стаканом кофе.-
Спасибо!!!! Очень нужный проект.
-
Спасибо Вам, Марина, за очень интересные эпизоды военного времени и за ваше понимание исторической правды. У меня есть подруга, ей 50 лет, так вот она начиталась «воспоминаний» фронтовика одного, который описал, как наши солдаты без разбора насиловали женщин в завоёванной Германии. И подруга говорила мне: «для меня праздник 9 мая не праздник. Я думаю о том, как эти ветераны! были насильниками». Вы представляете? Я сама дочь фронтовика. Для меня это дико. Но столько таких, как моя подруга, поначитавшихся и не представлщих, как вы пишите: что такое Армия.
Поэтому Вам спасибо! И всего доброго!!!
-
-
Моему отчиму в 42 году было 9 лет. При наступлении на Краснодар в августе 41 го немцы бомбили город. Отчим с мамой шли на рынок, началась бомбежка, он испугался и побежал, мать за ним и успела накрыть его своим телом.
Ей осколком снаряда оторвало ногу до бедра, скончалась моментально.
Так он оказался в детдоме при немцах. Часть детей сотрудники детдома вывезли, успели (в их числе, был и отчим, а часть попала в концлагерь, дальше я думаю всем все ясно, что было).
Из детдома он несколько раз убегал, и попадал в другие детские дома, так его следы были утеряны.
Отец его воевал, и найти сына после войны не смог.Нашли они друг друга уже аж в 70 году, когда отчиму было 37 лет, это было совсем случайно, но это уже совсем другая история.
-
У меня на фронт ушли оба дядьки. Вернулись оба.
Один через месяц ( ранен в ногу в первой атаке, пехотинец) хромал до конца жизни.
Второй летал на самолете. 108 отдельная разведывательная эскадрилия.
Сначала на СБ, потом их на дугласы пересадили.
Карельский фронт. 6 раз был сбит. Повезло. -
Мой дед родился в Петрограде в 1917 году, в 1939 году проходил срочную службу во Ржеве авиа механиком, женился, родилась дочь, к началу войны не демобилизовался.
На пустой аэродром немцы высадили десант, бежал в лес, лётный комбинезон выменял в деревне на гражданскую одежду, вышел к нашим, воевал в пехоте, в первом же бою в Белоруссии был ранен арт обстрелом, лечили в Ташкенте, демобилизован, так как одна нога стала короче другой.
Вернулся во Ржев после освобождения. Бабушку с ребенком на руках, в числе, других немцы погнали от Москвы, чуть не умерла с голода, но рассказывала, что спасли Белоруссы, сами голодные, многодетные, но кормили, так и выжила до освобождения.
Они встретились, родили ещё трех детей, один и которых мой отец. -
Я не видал родных дедов.
И видеть мог едва ли.
Все до рожденья моего
Они поумирали.
Но я не обделён судьбой.
Я всё равно счастливый.
Был рядом дед, пусть не родной. Но горячо любимый.
Он был нерусский — из армян.
С деревни, из народа — Агван Тиграныч Григорян, 26 года.
Он был герой и ветеран — Такой, что прямо с книжки — Для всех.
А я ему кидал за шиворот ледышки.
Я про войну всё с детства знал — ведь дед, без всякой лажи мне каждый день преподавал с тарелкой манной каши.
Всё было так: он мирно пас овец у Арарата. И вдруг взяла пошла на нас Немецкая армада,
Чтобы ни русских, ни армян
Здесь не было в природе,
Но тут подъехал дед Агван,
И он был резко против. Подъехал, правда, не один… Стекались, словно реки,
Туда и тысячи грузин, Казахи и узбеки… Разноязыкою толпой Они в окопы сели.
И в тех окопах всей гурьбой
Мгновенно обрусели.
Вместо овец на этот раз
Другие были звери.
И дед в прицел свой «Тигра» пас,
крутил хвоста «Пантере»…
По-русски с ним общенье шло
Сперва не идеально,
Но фразу «Башню сорвало»
Он понимал — буквально.
Я с дедом мог тарелки три
Съедать той самой каши,
Внимая, как они пошли
На Запад пешим маршем.
И, как всегда, в который раз
В итоге накидали…
А дальше шёл такой рассказ,
Как в слёзном сериале: «Берлин. Апрель. Земля дрожит. Снаряды, пули — градом…»
И дед по улице бежит
С трофейным автоматом.
Кругом — разбитые дома,
Как гор кавказских гребни.
С собой у деда пять гранат,
Вдруг глядь: на куче щебня
Лежит, скулит от страшных ран,
Один, как щепка в шторме,
Такой же, как и он, пацан,
Но лишь в немецкой форме.
И тычет деду на окно,
Руками объясняет,
Что он у дома своего Лежит и помирает.
Что там родители его,
Что он берлинский, местный,
Его войною домело
До своего подъезда.
И дед поверх своих поклаж
Хоть был не сильный самый,
Взвалил его, и на этаж —
Туда, где папа с мамой,
Где взрывом балку повело,
Где теплится лампада: «Встречайте, фрау, своего немецкого солдата»…
Дед, говоря про этот миг,
Вдруг сразу изменялся:
Про страшный материнский крик,
Про то, как там остался.
Как в кухне, где горел шандал,
Воды ему нагрели,
Как с грязью ненависть смывал
За годы и недели,
Как спал на белых простынях
Среди войны и ада
И видел сны о мирных днях
В долине Арарата.
Как утром снова он пошёл
К победной близкой дате,
Услышав сзади «Danke schön»,
Ответив им «Прощайте»…
Тут я перебивал всегда,
Дослушивал едва ли: «Дедуня, что за ерунда? Давай, как вы стреляли!
Давай, как ты горел в огне, Чуть не погиб на мине…» —
Неинтересно было мне
Про простыни в Берлине.
Но дед чего-то замолкал,
Шёл за добавкой каши
И кашу снова в рот толкал,
Чтоб стал быстрей я старше…
Его уж нет, а я большой.
И вдруг я докумекал: В тот день был самый главный бой —
За звание человека.
<201?> -
Брат моей мамы прошел всю войну, погиб 9 апреля 45го при штурме Кенигсберга.
Похоронка пришла 9 мая, в День Победы…
Второй брат был лётчиком-истребителем, умер уже после войны вследствие ран.
Отец мой воевал с 41го по 43й… А потом сидел 10лет.ю как враг народа…был реабилитирован в 80х, награждён… дожил до 93х лет, создал первые в СССР лингафонные кабинеты для изучения иностранных языков.
Написал книгу о своей жизни, не для печати — для детей и внуков…
Так вот, хочу сказать, что Со ЛЖЕ ниц ын со своим «Гулагом» рядом не стоит по мере правдивости описания тех событий…В доме у матери под Воронежем был госпиталь, а сама она рыла окопы. Рассказывала, что очень боялась бомбежек… Была очень скромной и всегда говорила: «лишь бы не было войны»…
Дед на железной дороге возил грузы на фронт… А моих друзей нацики сожгли 2 мая 2014 го в Одессе… Вот так… ПОМНЮ.
-
Эту историю мне рассказала бабушка, светлая ей память.
Дед пришёл с войны в уже зимой 47-го. Сами понимаете, жили тогда совсем не богато, даже в деревне.
Дело было в Поволжье Нижегородской области. Дед служил на Турецкой границе, сами понимаете, что не в обычных частях, а в пограничниках, то бишь в НКВД.На войну же ему довелось попасть уже летом 1942-го когда немцы рвались на Кавказ, он об этом периоде неохотно рассказывал, только намёки кидал, что всё не просто было, что местное подполье во всю ножи точило, готовясь немцев встречать, сами понимаете менталитет всех этих горцев.
Особенно об этом он не говорил, может подписку давал, я того не ведаю, но вот про безвинных чеченцев, и невинно сосланных ингушей, про которых начали писать в девяностых, и активно реабилитировать, в общем, плевался дед очень долго и даже приболел.
Так вот вернулся дед в 47-мом, народу значит интересно как служил, встречал ли он земляков и всякие такие мелочи. Дед, конечно, был статный мужик, пограничник, чем, кстати, очень гордился. Так вот, говорить что то ему не хотелось, он вообще не понимал всей этой возни, тогда работать нужно было, страну восстанавливать.
Так вот уже в конце пятидесятых начали активно раскручивать день победы, вспоминать ветеранов и всплывать интересные фамилии «героев».Так вот однажды на собрании председатель начал свою полит информацию озвучивать, о героях труда о достижениях тружеников, и тут слышит дед фамилию своего соседа, и недоумевает. Потому как уверен, что не мог тот выжить тогда в Польше. А встретил дед своего соседа Андрея Семёновича в Польше, города и даты я назвать затрудняюсь, потому как давно это было.
Тогда дед рассказывал, как они нарвались на один лагерь, как потом они поняли это был концентрационный лагерь прямо посреди, так сказать рабочего дня.
Так вот, застали они, так сказать, процесс переработки человеческого материала, по крайней мере, так сказал моей бабки дед.
Так вот в лагерь то они ворвались совсем небольшими силами в два взвода. Местные власовцы , как потом опять же узнал дед их совсем не ждали. Так вот, завязалась перестрелка, отряд деда нёс большие потери и начал отступать к оврагам. Как говорил дед, что лучше бы его убили сразу, потому как попал он в местный могильник.
Там были тела, потроха и прочее среди этих останков он и попытался выбраться к реке вместе со своим сержантом. Так вот ,за ними отправили погоню, что и нагнала их уже у реки и вновь произошла перестрелка, командира отряда тогда убили и дед остался один, но противников и самих практически не осталось.
Тогда дед хотел уже добить стонущего подранка, то увидел своего соседа-бывшего друга, то само собой начал его разводить на жалость, обещал запутать погоню, в общем, дед повёлся и начал уходить по реке.
К счастью, погони не было, а вот седых волос ему значительно прибавилось.Деду удалось воссоединиться с передовыми частями и вернуться в действующую армию и закончить войну в Праге в мае 45-го.
Но того ужаса, что он увидел в тот день ,он не забыл долгие годы. Сосед же попался через пару лет на проверке в Киеве, на Родину он, понятное дело, возвращать не спешил. Ему дали каких то двадцать лет, хотя там минимум вышка светила, он пришёл в деревню в 88-ом и прожил пару лет, подохнув от туберкулёза.Прошло уже совсем много времени, многое уже позабылось, да, и не принято было говорить за войну.
Мой дед был совсем живчиком и дожил до 2002 и умер в 78 лет.
В основном все фронтовики умирали через 2-5 лет после возвращения, то редко кто дожил до 30-40 лет.
А сейчас люди жалуются, что не доживут до 65, как будто только с фронта пришли ранеными и искалеченными. -
У прадеда было три брата.
Вернулся он один. Дожил до 1989. До самого конца держал лошадей, корову и птицу.
Скончался на Рождество в 15.30. Его жена, бабушка Поля, потеряла создание в 18.30 того же дня.
8.01.1989 года в 10.00 скончалась и она.
Родным разосланы были телеграммы, что умер дед Иван. Похоронили в одной могиле. Было мне 10 лет.
Вот такая жизнь… -
Здравствуйте, братцы!
У моего тестя был фронтовой друг, татарин. Вместе прошли войну в пехоте. Каждый год встречались на День победы.Я попросил рассказать, как они сдружились. А дело было так. Где-то в Европе брали они укрепленный берег реки, под пулями и снарядами, вплавь. Как доплыли, видимо бог хранил, но когда они выбрались на берег,то между ними, в песок врезалась мина, оба смотрели в лицо смерти. Но мина не взорвалась, берег они взяли. После боя, ночью, они теперь уже кровные братья, решили эту мину обезвредить. Нашли ее, вытащили детонатор, приперли в окоп, стали разбирать, чтобы взрывчатку извлечь, высыпают , а там песок и записка:
«БЕЙТЕ ФАШИСТОВ. ОТ ЗАКЛЮЧЕННЫХ КОНЦЛАГЕРЯ.»
Кто то, рискуя своей жизнью, в концлагере, спас их.
Тесть, когда с больной ногой (отказался от нашей помощи, хотел его на стул посадить и вдвоем с другом поднять на третий этаж) сам поднялся по ступеням с криком «ура!!!за Родину!!!за Сталина!!!».потом сказал: отдыхайте детки, вам ещё меня выносить отсюда. Вот такой ЧЕЛОВЕК. -
Пишут в основном душераздирающие истории ВОВ. Но есть и «поскромней».
Прадед был токарем 5го разряда. На 6ой не хотел идти, говоря, что там бюрократии и бумаг в разы больше.
Таких людей, как я догадываюсь в те, тяжкие времена крайне ценили, по этому эвакуировали вместе с предприятием и институтом из Москвы в Киров, где он собственно и проработал.
По бабушкиной линии прадед погиб под Смоленском. Бабушка неохотно об этом говорила, в основном много рассказывала про маму и как они впроголодь, босиком ходили в школу.
Бабушка в итоге работала в лаборатории с радиоактивными препаратами. Есть патенты.
То есть из голода, холода, босиком… до лабораторий и патентов.Какими усилиями, я лично себе представить не могу…
-
Мы с девчонками болтали про жару в 30* и говорили, что климат меняется. Нас слушал старичок лет 90 ему, не меньше. И вот он нам и говорит: Я давно живу на свете. Помню год, когда в апреле была такая жара, что мы купались, а ноги наши под водой на льду стояли, во! мол как…
А в 41-м они к нам в ботиночках пришли, а тут такой мороз!!!
В поле мы…под Москвой. Окопы, над нами чистое небо, под нами мерзлая земля, никуда не скроешься, не убежишь, а мороз 40*.
Люди умирали не столько от бомб, снарядов…а просто замерзали…коченели.
Кто убит или умер его тут же раздевали и все на себя. Мы-то теплее были одеты, а они в ботиночках, да в шинельках тонких…
Водку привезут, а она не льется, на морозе, как клейстер стала.
Мы говорим: Дедушка, какже вы выжили?
Он: Не знаю. Ночевали на снегу. Утром проснемся, а нас уже на много меньше. А у тех еще больше поубавилось.. Нет.Это не люди. Это БОГАТЫРИ..
Добавить комментарий